И вот я уже при полной экипировке, накрашенная – точнее, размалеванная до степени полнейшей неузнаваемости, с килограммом геля для укладки, литром лака и тонной шпилек в многострадальной голове, вдыхаю колкий морозный воздух на улице. За ночь густую слякоть, неаппетитной кашей лежащую под ногами, пристудило, и теперь замерзшая вода с солью неровно бугрится под ногами. Настя молча устраивается на водительском сиденье, Аля хлопает жвачкой и запихивает в багажник портпледы с костюмами, Джаззи, закутанная в неизменный шарф с «косичками», деловито пыхтит, пытаясь ей помочь, но больше мешает – как обычно; Даша суетливо стряхивает с моей прически невидимые пылинки-снежинки, подталкивает к машине.
- Садись, мы опоздаем, - нервно говорит она, одергивая полы своего модного пальто, и тоже залезает в Настин старенький «нисан». Я поднимаю глаза в серое небо – Господи, что ты уготовил мне на этот раз?.. Взлет или очередной провал на бис?..
«Да ты ни к первому, ни к второму не готова, детка».
«Заткнись», - мысленно заталкиваю внутрь ненавистный внутренний шепоток, - «у меня все получится, понял? Все!»
- Так мы едем или нет?!
Со вздохом отвожу взгляд от бескрайней мглистой серости над головой, и сажусь к девочкам.
- Осторожно, прическу не зацепи.

****

За притуманенными тонким морозным узором окнами быстро мелькали оживленные улицы. Народ бодро клубился по проспектам, несмотря на минусовую температуру. Я бездумно таращилась на прохожих и разноцветные рекламы-галогенки, пытаясь угомонить отчаянно бунтующие нервы. Господи, мы еще не доехали, а меня уже колотит, как в ознобе!..
Успокойся, ну! Без истерик.
Настя уверенно взвизгнула шинами перед помпезным во всем своем каменно-мозаичном великолепии «Колизеем», где проводился турнир. Мы вылезли из машины конкретно помятые, и, честно говоря, безумно удивленные тем, что умудрились при такой езде добраться до места назначения без «Скорой помощи» и МЧС. Джаззи, которая все время провела на заднем сиденье, вцепившись обеими руками в спинку водительского места, так что пальцы посинели, выскочила из «нисана» первая, пискнула что-то невразумительно-облегченное и тут же достала из кармана шоколадку – для морального подкрепления. Даша звонила Олегу, Аля доставала костюмы из багажника, не забывая перемалывать жвачку – на этот раз приятного нежно-фиолетового цвета. Вылезаю из машины на подгибающихся ногах и с истрепанными до ниточек нервами, умудряюсь поскользнуться и чуть не рухнуть на асфальт прямо возле задней двери. Хватаюсь за удачно подвернувшуюся Стасю, выпрямляюсь с колотящимся – от адреналинового всплеска – сердцем, и хохочу, как безумная. Вот это был бы финал, а! Прямо для голливудских комедий. Настроение после этого несостоявшегося приключения значительно повышается градусом, и я уже веселей смотрю на суетящихся с вещами девочек. Разобрав всю комплектацию по рукам, «ангелы» окружают меня (я опять захожусь нервным хихиканьем, порчу торжественную обстановку, так что Даша даже шикает на меня), и нестройной «свиньей» мы упорно продвигаемся к входным дверям, как спецназовский мини-отряд «альфа». Особенно по количеству снаряжения – такое чувство, что я приехала на недельный костюмированный бал, а не на однодневный турнир. Бедные зрители – они же с ума сойдут от вороха нарядов.
Олег находит нас глазами в толпе танцоров и зрителей, приветственно машет, подпирая колонну у входа. Начинается долгий процесс обцеловывания и обнимания, я терпеливо жду, пока страсти «ангелов» улягутся, чтобы пробиться к партнеру. Наконец, Олежка подталкивает девочек к входу, дав им пропуски-билеты, и оборачивает ко мне сияющее лицо. Я несмело ухмыляюсь в ответ, не зная, что от него ожидать. В честь чего хорошее настроение? Вроде же призовых кубков пока не завоевали – ведь для него сейчас важно только место, результат. Или я не права?...
- Сегодня особенный день, - он согревает мои ледяные ладони своими - горячими, в глазах –отражение блеска ярких огней из холла «Колизея», и – еще более яркого – внутреннего огонька-искорки. Я молчу, не понимая, к чему он клонит. По телу начинает привычно разливаться убаюкивающее тепло от прикосновения, я чувствую, как его энергия заливает меня всю, от макушки, увенчанной «короной» из волос до кончиков замшевых сапожек – всегда удивлялась уникальной способности этого человека так сильно на меня влиять. Магия.
Облачко пара вырвалось из моих легких и застыло в воздухе на мгновение.
- Чего бы ты хотела, вот прямо сейчас? – вдруг спросил Олег, все так же странно-торжественно улыбаясь краешком губ, и слегка встряхнул мои руки.
Я взглянула в его блестящие мальчишеским озорством глаза, перевела взгляд наверх – над городом нависла громоздкая свинцовая серость. Холодный воздух, опускаясь туманом, стекал по желтым пятнам окон тягучими маслянистыми каплями. Я опустила голову и снова вернула взгляд.
- Снега, - твердо сказала я, и вдруг почувствовала невероятную легкость и звенящий адреналин в крови от предвкушения турнира. Чмокнула прибалдевшего партнера в щеку, вымазав его в жирном блеске, охнула и яростно начала тереть ему щеку, а потом еще раз повторила упрямо, - хочу снега. И побольше.
- Э-э-э, вот прямо-прямо сейчас? – растерялся Олежка, сраженный почти наповал просьбой и моим приступом заботливости. «Нет, криво сейчас»,- мысленно съязвила я, а вслух сказала:
- Как можно скорее, - и, оставив его, наконец, в покое, начала подталкивать к входу в «Колизей». – Давай, постарайся! Я в тебя верю.

***
Для зрителей, пришедших поболеть за «своих» и чемпионов, потолкаться в очереди в буфет, поглазеть на непонятные танцорские «примочки» типа профитана, гетров и прочей атрибутики в танцевальных магазинах-лотках, или же просто насладиться непосредственно зрелищем, все выглядит очень красиво и по-праздничному. Все эти изысканные шелка-шифоны-гипюры, которые небрежно волочатся по не слишком чистому мрамору лестниц, пока замотанная в них хозяйка «стандартного» платья пробегает с озабоченным видом в раздевалку, на ходу поправляя нитку струящегося жемчуга в вычурной «корзинке» на голове; ослепляющий блеск псевдо-бриллиантов, рассыпанных с профессиональной небрежностью на дорогой ткани, обмотанных вокруг точеных шеек и запястий, продетых в смуглые от автозагара ушки, и – представьте себе! - приклеенных мушками на щечках, ресницах, даже лбу и волосах, - антураж впечатляет. Может, чуть слишком, чем надо.
Партнеры – все, как один, высокие, подтянутые, с загеленными в умелом беспорядке прическами, кто – в строгих фраках, кто – в менее консервативных латинских рубашках, - снисходительно поглядывают на усиленно строящих им глазки зрительниц.
Из огромного зала, залитого светом мощных софитов, доносится попеременно то пронзительно звенящий венский, то ухабисто развеселый джайв. Предтурнирным адреналином невольно заряжаются все, кто попадает в это царство света, умопомрачительных бальных платьев и показной веселости. Сказка? Возможно. Все так удивительно, броско, и… дорого. За окнами зима, а здесь – здесь жарко, как возле камина, и кому, скажите на милость, есть дело до промозглого декабря на улице?..
…- Сюда, сюда! – Даша энергично машет нам из бокового коридора. Остальных девочек не видно – умотали в разных направлениях. Работают, супер-агенты.
Мы с Олегом еле пробиваемся сквозь плотную толпу, через каждые два метра останавливаясь, пока Олег расшаркивается с очередным из многочисленных знакомых и поклонников. Я терпеливо жду, старательно наклеивая беззаботную улыбочку вслед за его сотым «Познакомься, это моя партнерша…», и в сотый раз выдерживаю удивленно-оценивающий взгляд. Господи, такое ощущение, что мы на аукционе, где меня вскоре выставят как новый экспонат. Причем не особо ценный. Так, средней руки. Ну конечно, куда уж мне до Надюши… Нет, все справедливо и закономерно вполне. Ну сами посудите, весь такой-растакой маститый партнер, и я – хорошистка-полуфиналистка. Сама бы вытаращивала глаза в таком же изумлении. Хотя цепляет, конечно, не без того. Ну ничего, и на моей улице сломается грузовик с пряниками, образно говоря. Посмотрите вы на полуфиналистку, как же. О нет, опять…
«О, Сашок, отлично выглядишь! Кстати, ты знаком с моей партнершей?..»
Три, два, один… - улыбка плюс быстрый взгляд-рентген в ответ… Ох, я вам покажу. Всем покажу!..
- Господи, ну что так долго? – Даша буквально тащит нас по коридору, пробивая дорогу сквозь танцорские мини-тусовки человек в среднем по 7-8. Народ подает возмущенные гудки, но остановить мою имидж-мейкершу так же реально, как бронетранспортер на полном ходу. Нам с Олегом не остается ничего другого, как прошмыгивать за ней в образовавшееся пространство, на ходу бормоча извинения за оттоптанные босоножки и оторванные «с мясом» рукава у платьев. Не думайте, что я преувеличиваю. Дашу стоило видеть в тот момент. Роль мега-киборгши в третьем Терминаторе удалась бы ей на раз плюнуть.
- Место мы вам уже заняли…Джаззи входные в зал пробивает для участников…Алька с платьями, главное сейчас не паниковать… (мы с Олегом обмениваемся иронично-веселыми взглядами)…и все успеть… быстро, заходим!
Не знаю, откуда взялась эта вселенская закономерность, но для танцоров – то бишь, непосредственных виновников всего, так сказать, процесса – условия размещения-танцевания, вопреки всей логике, сильно отличаются качественным уровнем от условий, предоставляемых зрителям. Это как зазеркалье – с одной стороны посмотришь и умилишься: так шикарно – блестящий паркет, чарующая музыка, судьи в вечерних туалетах и смокингах, шампанское за столиком для вип-персон, ощущение бала и все дела.
Но с другой…
Для нас это – крохотные каморки, в которые с трудом поместился бы и хомяк средней тучности. Они набиваются под завязку – минимум 10-12 пар. Посчитали, что это в среднем больше двадцати человек? И хорошо, если к ним не добавляются квохчущие рядом со своими чадушками-ювеналами мамы-папы-друзья-тренеры. Идем дальше. Каморки эти обычно без стульев, вешалок и возможности положить вещи хотя бы не прямо на пол. Не говоря уже о предметах роскоши типа зеркал или полочек для косметики.
Это жуткие сквозняки в коридорах-за линией-паркета-кулисами, где приходится ждать своего выхода. В зал не пускают – зрителям же нужно шоу, - какого черта вы будете раньше времени паркет каблуками царапать, дорогие виновники торжества? И платьями светить. Все вон, одним словом. В сад. И неважно, что на улице дождь-тридцатиградусный мороз-цунами-землетрясение. Вы же спортсмены, справитесь.
Это неудобоваримая бурда в буфетах – а танцоры ведь торчат в помещении, чаще всего, целый день или около того, ожидая, пока начнется их отделение. А поскольку, опять-таки, чаще всего, финальные (да и полуфинальные тоже!) раунды ставятся в последнее – вечернее – отделение, а четвертьфинальные – в лучшем случае – в дневное, в худшем – в утреннее, это значит, что нам приходится ходить голодными практически целый день. Конечно, можно взять с собой термос с кофе и бутерброды из дома, или в перерыве в кафе сбегать. Но все равно – многие привычно плюхают в «местный» буфет, банально не подумав заранее о еде, и в результате напихиваются отнюдь не способствующей танцам пищей. Оттарабаньте-ка джайв после чипсов, сендвичей и колы, попробуйте! Да-да, джайв – это тот самый «веселый» танец с прыжками и кульбитами-сальто. Представили? Нам тоже смешно.
На этом фоне как-то жалко смотрятся скользкий паркет и пятнадцать пар-любителей в одном заходе (для тех, кто не в курсе – это вполне сформировавшиеся физически личности от двадцати одного и старше, с соответствующим размахом ног-рук и амплитудой движения) – для экономии времени, ведь «и так уже задержка на два с половиной часа!». То, что танцоры к этой задержке причастны разве что пятым колесом к возу, никого не волнует.

Изображения: